Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

(no subject)

Уважаемые френды/нефренды! Пожалуйста, обратите внимание, что мой блог уже давно находится в полузамороженном состоянии. Например, я не имею возможности следить в нем за комментариями. Если по какой-то причине вам кажется важным следить за моей деятельностью, то это лучше всего делать в гораздо менее мертвом ВК-сообществе "Мир Драгомирова": https://vk.com/mir_drago

Дмитриева

Вот Дмитриева Ольга Владимировна. Известная англоманка. Автор биографии Елизаветы /, которая, по отзывам читавших, которым я весьма доверяю, входит в золотой фонд отечественных исторических биографий. Женщина безукоризненного стиля, естественно английского. Синий пиджачок, юбка и проч. Ее лекции можно разделить на две части. Первая - общие сведения о Раннем Новом Времени, по нелепому недоразумению до сих пор иногда называемому в наших широтах Поздним Средневековьем. Там она рассказывает о влиянии ренессансной культуры, реформации, централизации и проч. Вторая часть ее лекций посвящена Англию.

Мне показалось, что Ольга Владимировна не лишена искреннего восхищения английской политической системой. По крайней мере, она с восторгом рассказывала о различных аспектах английского парламентаризма, трех свободах парламенту и проч. Разумеется, Елизавета / ее идол и образец просвещенного монарха. Лекции ее не были лишены попытки проникнуть в психологию королевы и ее подданных, что можно только приветствовать. В итоге, что-что, а уж Англию Раннего Нового времени мы, посещавшие ее лекции, знали весьма твердо.

Что лично меня пленило в ней, так это уважение к военной истории. Во-первых, все те процессы, которые некоторые даже именуют военной революцией, были затронуты и затронуты не по-дилетантски. Пусть даже Дмитриева и не углублялась в эти вопросы. Это было очень приятно моему неравнодушному к военщине сердцу. Во-вторых, мне несказанно повезло на экзамене. Я вытянул билет о Тридцатилетней войне. Я просто таки парил, но дошел лишь до описания сражения при Белой горе. Диалог наш заслуживает того, чтобы его передать на этих электронных страницах:

 Д. - Вы, кажется, что-то читали дополнительно?
Я (приисполнившись скромности) - Я немножко увлекаюсь военной историей...
Д. - Тогда, может быть, вы расскажете о шведской армии?

Разумеется, я рассказал о шведской армии! Но для нас важно ни это. Обрати внимание, любезный читатель! Вопрос, опять же, был задан совершенно недилетантский: что прежде всего должно интересовать военного историка во всей Тридцатилетней войне, это шведская военная система, весьма передовая для того времени. Понимаешь, читатель? Дмитриева спрашивает не всякую лабуду про мирные договоры и апокрифические предания, а весьма существенные вещи. Разумеется, после экзамена мы остались совершенно довольны  друг другом. Вот вам образчик отношения к военной истории!

Преподы ч.2 "Кафедра отечественной истории до начала XIX века"

А мы продолжаем планомерное описание наших мэтров.

Сегодня речь пойдет о кафедре отечественной истории до XIX века, о наших "феодалах", как их называют по традиции.
Знакомство с этой кафедрой началось с Антона Анатольевича Горского. Судя по всему, он источниковед. Сухарь каких свет не видывал. Говорят, когда Горский улыбается, все птицы в Подмосковье и окрестных славиниях от неожиданности падают с веток. Антон Анатольевич - враг сложившейся терминологии. С ней он ведет непримиримую борьбу. Любит всякие дискуссионные вопросы и отнюдь не обходит их вниманием. О норманнском вопросе прочел отдельную лекцию. Было очень заметно, что отойдя немного от своего любимого предмета, Антон Анатольевич как-то потускнел и последние лекции читал нехотя, сообщая нам весьма тривиальные вещи, которые, по идее, должен знать и абитуриент.
Эстафету у Антона Анатольевича принял лично Николай Сергеевич Борисов, завкаф. Николай Сергеевич очень любит Ивана Третьего и даже написал о нем книгу из серии ЖЗЛ. Кстати, он обладает и писательским дарованием. Тарасов нам ставил его в пример как историка, который умеет свои научные изыскания облекать в красивые формы. Курс свой он начал с блестящей вводной лекции посвященной русской цивилизации. В своих лекциях Николай Сергеевич всегда большое внимание уделяет описанию личностных качеств исторических персонажей - гордые и строптивые тверские князья на его лекциях борются с последовательными и расчетливыми московскими князьями, но проигрывают. И все это он рассказывает как какой-то исторический роман - чрезвычайно занимательно.
Но кульминацией и апофеозом было выступление (ну какая уж это лекция!) Лаушкина Алексея Владимировича. Он мелькнул яркой кометой на небосклоне лектория Д1, так как только заменял одну пару Борисова. Тема была что надо - Дмитрий Донской. Холодок бежал по спине! Лаушкин не читал - проповедовал! Он, конечно, настоящий оратор. Надеюсь еще побывать на нем.
Семинары у нас ведет Тарасов Аркадий Евгеньевич. С его бородой может поспорить только окладистая борода Лаушкина! Это уже молодое поколение кафедры. Замечен в цитировании БГ, признался что играл в молодости на бас-гитаре, носит шайкачу. Как и все перечисленные, кроме Горского, неравнодушен к церковной теме. Он почитается на факультете здоровяком-добряком. Весьма улыбчив. Решительно все, кто узнал, что у меня семинары ведет Тарасов, сказали что мне повезло. Пожалуй, что так. Тарасов может рассказать что-то чрезвычайно занимательное, при этом он не дал нашей группе сесть ему на шею, в отличие от львиной доли других семинаристов.

Репетиторы

Вчера задумался - это сколько же у меня было в жизни репетиторов! Какие они все были нетривиальные личности.

Юля. Она была студенткой и учила меня английскому языку, когда я был маленьким. Очень плохо ее помню. Помню только какие-то карточки. Помню, что Do - это король, он всем управляет и что-то такое в этом же духе.

Тетя Вера.
Она учила физике меня и двух моих товарищей. Это было где-то в 8-9 классе. Видимо, уже тогда вынашивался коварный план запихнуть меня в МАИ, а физики у нас в школе почти не было по причине неадекватности преподавателей. Поэтому нас троих отдали тете Вере. Мы ее хорошо знали, она была мамой нашего общего друга и преподом МАИ. Занятия мне не дали ничего, т.к. мои друзья лучше соображали в физике, и всегда было кому ответить. Я не напрягался, но занятия ненавидел всей душой, т.к. чувствовал себя дауном.

Мартин. Где-то в средних классах меня отдали в английскую школу Санни Плюс. Там учили иностранцы. Мартин одназначно был сам лучшим из всех. Он нас не учил, учебники нам были не нужны, вместо этого он болтал с нами на политические темы. Он был ирландцем, причем северным, которые до сих пор под Британией. Не помню - католиком или протестантом он был. Много рассказывал про ихние ирландские заворушки, про то, как служил в британской армии, как стоял в карауле в Бирме, а вокруг было куча змей. Как-то он задал вопрос - Кто самый плохой человек в истории? Все сказали - Гитлер, а вторым добавили Ленина. Он Ленина защищал.

Эндрю. Этот фрукт был из той же школы. Он был американцем, причем таким типичным, очень похожим на Питера из сериала "Гриффины". Что было в нем нетипичного, так это то, что он хорошо владел русским. Разумеется, его спросили - знает ли он русский мат. Лукавить он не стал, выглянул в корридор, закрыл поплотнее дверь и выдал такую яростную красочную трехэтажную тираду, что вовек я ее не забуду. Это все, чем он запомнился.

???. Плохо помню последнюю барышню в плеяде учителей Санни Плюс. Она была ирландка. Достаточно скучная ирландка. Но однажды она выдала - "Вы, русские - номер два после ирландцев!" Имелось ввиду пристрастие к алкоголю. Лучше б она триколор сожгла бы!

Артур Агафонович Пунтус.
Преподавал мне математику. Кажется, у него греческие корни. Это был очень славный дедушка, который действительно вбил в мой гуманитарный мозг какие-то знания по математике. Я написал экзамен на 9 из 10 баллов. Я не знаю, где я ошибся, но, кажется, я решил 10 задание, которое типа вообще нерешаемое, а ошибся в каком-то элементарном, что очень в моем стиле. Это, в основном, его заслуга. Он был очень спокойным, даже медлительным старичком, не кричал, не требовал ничего, но объяснял изумительно доходчиво.

Николай Борисович. Молодой парень был. Кажется, ему было около 30-ти. Преподавал физику. Я не скажу, что он был плохой, но он меня страшно бесил. Какой-то он был во всех отношениях противоположный мне. Ничего толком не дал. Занятия я ненавидел люто и бешено.

Григорий.
Один из самых незаурядных персонажей. Преподавал мне джазовую гитару. Если вы думаете, что джазовую гитару мне преподавал какой-нибудь старый еврейчик или кавказец, то вы ошибаетесь. Это был казак, причем природный, разве что гхыкал плохо. Единственный мой репетитор, с которым у меня сложились дружеские отношения. После занятий мы курили, он мне рассказывал, как служил в Афгане, как был ранен(он здорово хромал). Закладывал за ворот он отчаяно. Любил мне ночью звякнуть пьяным. Как-то мы с ним выпили даже. При этом ни разу он не был пьяным на занятии. Увлечение джазом как-то очень плохо вязалось с ним. Был очень простым с простыми, незатейливыми, но достойными увлечениями. Откуда у него любовь к джазу взялась? Он меня многому научил насчет музыки.

Сергей Борисович Павлов.
Преподавал мне историю, когда я решил поступать на истфак. На историка он был примерно также не похож, как не был похож на джазмена Григорий. Это был такой здоровенный детина средних лет, очень простой наружности. Словом, не был он похож на типичного плюгавого интеллигента, чему, кажется, очень гордился. Преподавал хорошо, мне было интересно. Ненавидел решительно всех - большевиков, Петра, всех царей, нынешние власти и т.д. Обычно говорил так - "...и вот вся эта сволочь взяла и отправилась туда-то" или "вы представляете какой скотиной надо быть, чтобы сделать то-то?". Я не спорил. Единственным его минусом было то, что он постоянно давал какие-то советы, не относящиеся к делу - как знакомится с девушками, как бороться с прыщами, как общаться с бюрократией и проч. Написал книгу о первой русской революции, она у меня есть с автографом. Еще он забавно заикался - "К-к-к-к-к-репостное.... а-право отменили 19 февраля 1861 года..."

Людмила Георгиевна.
Преподает мне русский. Замечательная тетенька. Веселая, разбитная, как и положено собачницам. Много меня хвалит. Очень искренне радуется, когда мы обнаруживаем какой-нибудь общий литературный интерес, мнение или я просто удачно выражусь в сочинении.

Алексей Григорьевич. Один раз был у него на занятии по истории. Узнав, что интересуюсь внешней политикой XIX века, поговорил со мной на эту тему. Обнаружил либеральные взгляды. Произвел на меня гнетущее впечатление. Был он какой-то забитый.

Как-нибудь надо будет написать об учителях.